Всё не так плохо

10/03/16 11:00

Если государство поможет малым предприятиям по описанной схеме, то мы через два-три года уже увидим совершенно другую страну с новой экономикой.

Антикризисный план, финансовая неграмотность и произвол коллекторов – об это рассказал корреспонденту Вслух.ру председатель комитета Госдумы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству Анатолий Аксаков.

-Анатолий Геннадьевич, сейчас звучат призывы вернуться к государственному планированию экономики. На ваш взгляд, элементы госплана так нужны России?

-Когда бизнес не понимает, что происходит, не знает, чего хочет власть, ему тяжело строить свои стратегию, планирование, бизнес-модель. Поэтому нам очень важно иметь стратегический план развития страны. Причем очень важно вести его на долгую перспективу с разбивкой по этапам: год, три, пять, десять и пятнадцать лет. Тогда бизнес видит, в каком направлении движется страна и может спокойно развиваться.

Такая модель работы предусматривает и долгосрочный прогноз бюджета. В нем должны быть заложены средства на реализацию определенных проектов или господдержка определенных инфраструктурных, импортозамещающих направлений и т. д. Исходя из этого бизнесу будет легче выстраивать свою модель развития.

Этот механизм должен работать постоянно. Сегодня у нас есть принятый почти два года назад закон «О стратегическом планировании в Российской Федерации». Правительство должно было в этом году представить нам, депутатам, стратегию развития страны, но из-за Минэкономразвития не справилось с этой задачей: не организовало работу соответствующим образом.

Сейчас они на год переносят предоставление этого документа. Но все-таки работа по стратегическому планированию началась и ведется. Я надеюсь, что в следующем году правительство наконец предоставит такой документ в Госдуму и мы сможем поговорить о стратегическом планировании более конкретно.

Антикризисный план

-Антикризисный план правительства РФ на 2016 год подписан премьер-министром Дмитрием Медведевым 1 марта. Как передают «Известия», вы назвали его очень общим. Почему?

-Я считаю, что в плане есть неконкретные вещи без сумм и цифр. Но есть и детальные предложения. Так что это неправильная интерпретация моих слов.

-Какова тогда ваша позиция?

-В плане есть мероприятия, которые могут реально поддержать экономику. Например, продолжение субсидирования процентной ставки, выделение денег на поддержку автопрома, закупка подвижного железнодорожного состава, поддержка экспортоориентированных производств, несырьевого экспорта, поддержка развития малого и среднего бизнеса через корпорацию развития малого и среднего бизнеса, субсидирование ипотечных кредитов.

Эти направления окажут, конечно, стимулирующую поддержку экономике. Но их недостаточно. Суммы, которые заложены в плане, крайне малы и с точки зрения структурной перестройки экономики погоды не сделают.

Поэтому надо задействовать иные возможности. Понятно, что бюджет ограничен, что за счет его дефицита мы не можем постоянно увеличивать расходную часть.

Главное сейчас ничего не урезать, поскольку это нестабильность. Многие компании уже запланировали свои расходы, выполняя муниципальные или госзаказы. Если будет секвестирование, то, например, получившая госконтракт компания должна будет остановить работу, поскольку ее не профинансируют из бюджета. Это во-первых.

Во-вторых, должен заработать антикризисный фонд, который заложен в бюджете. Это 342 млрд рублей. Если не хватит этих денег, то придется увеличивать дефицит бюджета, исходя из его исполнения с меньшим дефицитом, как это было в прошлом году. Тогда мы ожидали дефицит 3% к ВВП, а получили 2,4% к ВВП. Тем более, что у нас он не такой страшный, как, скажем в Греции или Испании. Но бюджетные ограничения в любом случае довольно большие.

-А что еще нужно добавить или изменить в антикризисном плане?

-Во-первых, в плане должны быть меры, которые позволяют без бюджетных затрат простимулировать работу бизнеса — это уменьшение или даже отмена проверок. Сейчас в думе лежит законопроект по по вечному «иммунитету» для бизнеса с оборотом 400 млн рублей и меньше на проверки со стороны Федеральной антимонопольной службы.

Во-вторых, проверки не должны инициироваться анонимно, а инициаторов за такие ревизии должна ждать серьезная ответственность. Сейчас, например, если прокуратура опротестовала незаконную проверку, никакой ответственности — дисквалификации или штрафа — к инициатору не будет.

В-третьих, нужно задействовать институты развития для финансирования экономики с использованием средств Центрального банка. Я выше приводил пример с корпорацией развития малого и среднего бизнеса.

У самого ЦБ есть похожая программа: выделение денег для кредитования инновационного малого бизнеса по 6,5% годовых на пять-семь лет через упомянутую корпорацию, для крупного — через ВЭБ (Внешэкономбанк — прим. ред.).

Однако сама корпорация вызывает большие вопросы. Там много балласта — проблемных и непрофильных активов. Он, естественно, не позволяет Центральному банку выделять деньги. ЦБ, к примеру, даст сотни миллиардов рублей на развитие проектов, а все средства уйдут на «затыкание дыр» этой корпорации и Внешэкономбанка.

Поэтому сначала надо полностью расчистить балласт в этих структурах, навести там порядок, и только потом кредитовать конкретные проекты. Это должно сделать правительство. Надеюсь, что они эту работу проведут.

Еще одна проблема — маленький фонд развития промышленности. Его объем в 20 млрд рублей — это копейки. Сейчас ему выделили еще 20 млрд рублей благодаря антикризисному плану. Совокупно получается 40 млрд рублей. А прорывных проектов, которые спокойно можно кредитовать под 5% годовых на длительные сроки, у них уже на сотни миллиардов. Причем эти проекты эффективны, ориентированы на экспорт.

В бюджете на это дополнительных денег нет. Значит нужно запускать механизм ЦБ — рефинансировать кредиты, которые предоставлены по линии поддержки промышленности.

У нас есть группа институтов развития, за которыми должен быть жесточайший контроль государства, чтобы не допустить нецелевого использования денег, расходования средств на собственное содержание. И через них потом запускать деньги ЦБ на различные проекты, которые могут стать локомотивом для всей экономики.

Тогда мы фактически получим ситуацию замещения внешнего финансирования проектов внутренним.

Где брать деньги на пенсии и лекарства?

-Какова социальная сторона антикризисного плана? Ранее, в феврале, вы заявляли, что вторая индексация пенсий может пройти раньше сентября. Но в документе на эти цели пока нет денег. За счет чего планируется вторая индексация и когда она пройдет?

-Цена на нефть уже пошла вверх, рубль укрепляется. Значит бюджет будет пополняться даже с опережением графика. Соответственно, деньги на вторую индексацию точно будут. Я рассчитываю, что она пройдет в сентябре. По крайней мере я буду голосовать за это. Летом мы будем рассмотреть этот вопрос.

Причем индексация даст взрывной толчок товарооборота, а торговля дает нам 20% ВВП. Пенсионеры покупают российское. Значит, это толчок для российских производителей. Дав пенсии людям, мы вернем деньги в бюджет через производство и товарооборот.

-Вторая индексация пенсий будет на 4%, верно?

-Думаю, что на этом уровне. Это как раз в рамках инфляции, который у нас планируется в этом году (примерно 8% по прогнозу Минэкономразвития — прим. ред.).

-В антикризисном плане без финансирования пока остались и сохранение уровня лекарственного обеспечения граждан, и поддержка производителей медицинских препаратов нижнего ценового сегмента (до 50 рублей), и проведение дополнительных мер по импортозамещению в сельском хозяйстве и т.д. При каких условиях деньги на эти статьи найдутся? Или вы рассчитываете исполнение бюджета за полугодие?

-Да, это исполнение бюджета. В Госдуме будет дискуссия по поводу антикризисного плана, по результатам которой план будет подкорректирован. Все-таки на лекарства надо найти деньги. Ведь это это в первую очередь поддержка внутренней фармацевтики, а у нас 75% лекарств импортные. А импорт дорогой — неподъемный для многих наших стариков. Так что мы будем думать, спорить и требовать решения этой проблемы.

Что касается импортозамещения, то тут можно пойти по линии задействования институтов развития для этих целей, в том числе и использовать средства ЦБ.

-Обсуждение плана тоже намечено на лето?

-Думаю, что дискуссия по всему антикризисному плану пройдет где-то в апреле.

Финансовые советники как спасители от финансовой неграмотности

-Вы 1 марта внесли в Госдуму законопроект по созданию института финансовых советников и регулированию деятельности по финансовому консультированию. На кого он рассчитан?

-Этот институт нужен прежде всего заемщикам, которые плохо ориентируются в современных инструментах из-за недостаточной финансовой грамотности, информированности.

-То есть, это некий финансовый ликбез для россиян?

-В определенном смысле можно так сказать. Это мировая практика. Полупрофессиональные или профессиональные участники рынка будут консультировать заемщиков и могут помочь профессиональным институтам привлечь дополнительных клиентов, информированных и обученных для работы с такими инструментами.

На первых этапах советники будут консультировать клиентов по вопросам фондового рынка и кредитных организаций, которые являются крупнейшими участниками фондового рынка. Затем появятся консультации по страховым услугам и т,д.

-Если консультировать население, то как исключить мошенников из числа финконсультантов? Это будет СРО?

-Планируется создать реестр, который будет вести Центральный банк. Будет и саморегулирование.

На первом этапе развития мы предполагаем СРО. В законе о саморегулируемых финансовых организациях обозначены довольно жесткие требования к участникам. И, конечно, СРО будет нести ответственность за своих участников. Если там кто-то будет хулиганить, они должны будут исключить эту компанию из реестра. Таким образом, недобросовестные консультанты уйдут с этого рынка.

-Кто будет допущен до консультирования? Можно ли будет увидеть консультантов — представителей банков, страховых компаний, брокеров?

-Сами банки не смогут работать в данной сфере. Но советники могут работать по соглашению с банками, больше рассказывая о продуктах конкретного банка, объясняя их суть.

-А не превратится ли это в рекламу?

-Думаю, что и это возможно, но рынок все расставит по своим местам. С другой стороны и сейчас много рекламы, есть банковские агенты, которые подробно рассказывают о финансовых услугах своего кредитного учреждения.

-В том и дело, что подобные рекламные услуги оказывают банковские агенты.

-Этот рынок нам необходим прежде всего для защиты заемщиков. В законе сказано, что этот советник должен быть на чьей-то одной стороне. В моем понимании — на стороне заемщика. Ко второму чтению мы проект доработаем и определим условия, чтобы не было навязывания финансовых услуг через использование в том числе и недостаточной финансовой грамотности.

Ключевая ставка ЦБ может стать чуть меньше

-В конце января ЦБ сохранил ключевую ставку на 11% годовых. При этом отмечается, что в случае усиления инфляционных рисков Банк России не исключает ужесточения денежно-кредитной политики. Как вы считаете, для снижения указанных рисков достаточно ли будет сбалансированной бюджетной политики на среднесрочную перспективу или потребуется применение других механизмов?

-Мы видим, что Центральный банк способствует наполнению бюджета, не давая укрепиться рублю выше определенных значений: выкупает валюту и эмитирует рубли под это. И, я считаю, правильно делает: чрезмерное укрепление рубля может привести к потере конкурентных преимуществ, которые мы получили благодаря девальвации. Это дешевые внутреннее производство и экспорт.

ЦБ проводит здесь взвешенную политику. А тенденция к укреплению рубля очевидна: сейчас все крупнейшие зарубежные хедж-фонды (частные инвестфонды, созданные для максимизации доходов инвесторов и исключения риска — прим. ред.) уже скупают рубль. Я говорил о положительных тенденциях, когда Центробанк заявлял, что, может, будет повышать ключевую ставку на ближайшем собрании. Не будет. Все тенденции говорят о том, что сейчас надо снижать ключевую ставку.

-Вы надеетесь на снижение ставки 18 марта?

-Я рассчитываю, что на ближайшем совете директоров ЦБ снизит ключевую ставку на полпроцента.

Коллекторов под запрет

-Госдумой должен быть принят закон о коллекторах. За последние годы законопроекты были самые разные: от практически узаконивания уже сложившейся деятельности до полного их запрета. Что будет рассматриваться и приниматься?

-Законопроект о коллекторах от двух председателей верхней и нижней палаты парламента — председателя Госдумы Сергея Нарышкина и председателя Совфеда Валентины Матвиенкоуже внесен. Скорее всего будет принят именно он и в самые короткие сроки: уже в марте-апреле.

Это довольно жесткий проект, в котором коллекторская деятельность становится практически запретной. Думаю, что к рассмотрению законопроект будет еще подредактирован. Его авторы тоже согласны, что нужно взвесить все «за» и «против» и принять выверенное, точное решение, которое наведет порядок, отсечет с рынка криминал и полукриминал, оставит только добросовестных участников, к которым установит правила, не позволяющие терроризировать население.

Досудебное урегулирование спора — это, безусловно, очень важно. Возможно, на выгодных для заемщика условиях. А террор никому не нужен. В конце концов у нас есть служба судебных приставов. Можно обратиться в суд и пусть приставы дальше работают.

-Как и в чем «ужмутся» коллекторы, если этот закон примут?

-Самое главное — мы ограничим в количестве звонков и контактов. Думаю, что и личного контакта коллекторов с должниками можно избежать. Достаточно один раз в день набрать и предупредить. И только в крайних случаях могут быть какие-то взаимодействия. И то по инициативе самого заемщика, я считаю.

При этом предполагается жесточайшая ответственность коллекторов за свои действия: надписи на стенах, информацию в Интернете и т.д. Нам надо исключить из этого бизнеса криминал. Поэтому в рамках законопроекта подготовлены поправки в уголовный, административно-процессуальныйкодексы, по которым за незаконные действия предусмотрены серьезные штрафы.

-Что еще нужно для хорошего развития нашей экономики в кризисное время?

-Мое видение ситуации: не все так плохо, как нам видится. Российская экономика может быстро «выстрелить», если мы проведем грамотную политику по поддержке малого и среднего бизнеса. У нас уже взошли посаженные раньше семена. Их просто надо немного полить, тогда они дадут очень хороший результат.

Недавно я ездил в Чувашию с рабочим визитом на 10 небольших предприятий. У них у всех очень технологичная и качественная продукция. Их амбициозные проекты, если получится их реализовать, позволят компаниям выйти на экспорт. И таких предприятий, у которых есть серьезные проекты на уровне мировых стандартов качества полно! Я уверен, что в Тюменской области их даже больше.

И важно, чтобы государство с помощью своих институтов, в том числе и через корпорацию развития малого и среднего бизнеса, помогало таким компаниям. Я большой оптимист и считаю, что нам очень важно отладить работу такого механизма, а желание это сделать есть, есть установки президента, идет активная работа. Корпорация сутками не спит, работает!

Думаю, что если государство поможет малым предприятиям по описанной схеме, то мы через два-тригода уже увидим совершенно другую страну с новой экономикой, которая конкурентна со всем миром.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL + ENTER