Экономика и банки: замкнутый круг проблем

03/07/12 23:57

Реальная экономика не воспринимает финансовое посредничество, сложившееся в России за последние годы.

Александр Мурычев, вице-президент РСПП, председатель совета Ассоциации региональных банков России, председатель совета директоров Национального платежного советаАлександр Мурычев, вице-президент РСПП, председатель совета Ассоциации региональных банков России

Без серьезной связки промышленного и финансового рынков первый остается без средств к самовоспроизводству. Давайте посмотрим на ситуацию. По данным РСПП, ни одна из четырехсот крупнейших по выручке компаний страны не берет кредиты сроком выше одного года у российских банков. При нормальной длительности инвестиционного цикла в течение 5–7 лет окупаемость кредитов при существующих процентных ставках и отсутствие возможности у наших банков дать взаймы на такие сроки стали уже общим местом всех обсуждений. И эта ситуация не меняется. А как выглядит промышленность без инвестиций? Основные фонды и технологии стремительно устаревают. На пенсию уходят специалисты, которые могли бы передать ценный инженерный и технологический опыт молодежи.

Предприятия, которые инвестируют в смену оборудования и технологий, в обучение кадров и развитие производства, кредитуются за пределами России. А те компании, которые «рискнули» взять кредиты у российских банков стабильно (и, скорее всего, ожидаемо) выходят на просрочку. Просрочены суммы основного долга и процентов по нему.

Прибыль банков складывается, в основном, от роспуска резервов при явном отсутствии желания банков создавать адекватные резервы. ЦБ РФ это явление знакомо, работа ведется, но не все может зависеть только от желания ЦБ РФ. Очевидно, что должны существовать взвешенные экономические механизмы и стимулирование к созданию адекватных резервов при надлежащем уровне риск-менеджмента банков. Другими словами, отнесение расходов по резервированию  ссуд на налоговую себестоимость должно носить более выраженный характер. В настоящее время и процедуры списания проблемной задолженности, и процедуры установления факта проблемности носят для банков характер налогового наказания, при этом экономического стимула для раннего распознавания проблемного долга не создано. По ряду заемщиков из числа крупнейших компаний мы наблюдаем, как их кредитные портфели испытывают «обновление» вследствие конкуренции ставок кредитования при фактически одинаковой срочности заимствований. В результате одни и те же заемщики мигрируют между кредитными организациями с постоянно удлиняющимися по факту кредитами, полученными на выплаты предыдущих кредитов с начисленными процентами и комиссиями. Такая ситуация происходит вплоть до, условно говоря, последнего банка, который перекредитовав заёмщика, уже не может «передать» кредит другой кредитной организации. Многие банки, используют такую же схему при работе со своими заемщиками, не расчищая баланс, а откладывая «на потом» решение реальных проблем заемщиков с неоплатой и невозможностью оплаты в срок процентов, комиссий, сумм основного долга.

Серьезным препятствием для расчистки балансов является неурегулированная проблема работы с просроченной задолженностью в правовом поле с исполняемыми законами. Наше законодательство фактически не дает возможности ни кредиторам, ни заемщику совершить санацию бизнеса, рассмотреть взаимные варианты урегулирования претензий до объявления о несостоятельности и похода в суд. Правовая культура заемщиков еще недостаточно развита для понимания, что временные трудности бизнеса только тогда становятся постоянными и приводят к летальному исходу, если их замалчивать, избегать прямого обсуждения и не вовлекать кредитора на самой ранней стадии к решению проблем, которые сначала могут показаться незначительными.  К сожалению, и правовая культура нашего банковского сообщества не располагает заемщиков к прямому диалогу и идентификации проблем на ранних стадиях потери эффективности бизнеса и увеличения кредитного риска.

Также характерно, что при снижении  официального уровня инфляции и роста прибылей ставка кредитования у большинства банков повышается.  Источник возможного ответа на вопрос – опять просроченная задолженность и нежелание банков показывать это в своей отчетности. Для сокрытия  ситуации с просрочкой, банки идут на скрытую пролонгацию проблемной задолженности вместе с накопленными процентами. Этот снежный ком нарастает в нашей банковской системе с 2009 года. Сейчас мы видим, что опережение темпов роста начисления процентов к темпам роста кредитования отражает эту простую истину – для сокрытия просрочки приходится перекредитовывать и проценты, то есть выдавать новый кредит на погашение старых процентов.

С другой стороны – стабильно растет разрыв между ставками привлечения и размещения средств по банковской системе. Например, по странам – членам ОЭСР разрыв между ставками привлечения и размещения ресурсов составлял, в среднем за 2011 год, по данным ОЭСР – величину 3,5%. По данным ЦБ РФ, за 2011 год средний разрыв между ставками привлечения и размещения составлял 7 процентных пунктов для кредитов экономике, без кредитования  физических лиц. Если, по методике ОЭСР,  добавить в это сравнение ставки размещения для физических лиц, то разрыв получается около 17%.

Одной из важных причин этого явления, на мой взгляд, является значительная скрытая просроченная задолженность на балансах банков, то есть наличие не генерирующих процентный доход кредитов в активах кредитных организаций, которые уже заведомо будут перекредитованы с накопленными на них, но не уплаченными процентами. Другая причина – неспособность или нежелание банков, в том числе государственных, сокращать собственные издержки. Характерным является и риск корреляции кредитных портфелей: наши банки охотно, и с пониженными ставками, выдают кредиты работникам предприятий-клиентов. Поэтому, когда наступают проблемы у предприятия, и оно не может погасить собственные долги, наступают также проблемы и у заемщиков – физических лиц (которым не платят или задерживают заработную плату).

Характерный разрыв ликвидности (между короткими пассивами и длинными активами) не преодолен за эти годы, по-прежнему около четверти всех привлеченных ресурсов в пассивах банков составляют средства до востребования. Фондирование разрывов ликвидности составляет значимую долю риска и, соответственно, стоимости кредитных ресурсов. При выборе срока и периодичности погашения долга сейчас заемщику предлагают использовать периодические выплаты, удобные банку, зачастую не совпадающие с его производственным циклом или игнорирующим его. Наиболее характерна данная ситуация для строительства, сельского хозяйства, технологичных отраслей. В результате – вполне запланированная просрочка и просьбы о пролонгации кредитов от заемщика. То, что можно было предотвратить на этапе согласования кредитного соглашения, превращается в головную боль для заемщика и руководства кредитной организации. Знакомая ситуация «пролонгировать нельзя отказать»

Также к интересным закономерностям относится повышение ставки привлечения средств населения с уменьшением ставки рефинансирования ЦБ РФ, что мы наблюдаем уже более года. В последнее время также это повышение ставки привлечения на фоне относительно несерьезных колебаний ставки рефинансирования.

Помимо изложенных выше причин этого явления (1 – наличие скрытой просрочки и связанные с этим постоянные потребности в ликвидности для перекредитования, 2 – нежелание банков снижать собственные издержки), на мой взгляд, существует также дополнительная причина – способность монетарных властей отслеживать реальный уровень инфляции в экономике снизилась, объем цен и взаимосвязи между поставщиками и потребителями не отслеживаются должным образом, а отсюда и не попадают в поле зрения при расчете инфляции. Уровень реальной инфляции, то есть, по определению, рост цен, не обусловленный ростом производства ил торговли, перестал соотноситься с цифрами, которые мы получаем. Возможно, здесь сильно влияние «серой» и «темной» экономики, возможно также, что новая экономика (услуги, производство, потребление новых услуг) не входит еще в расчеты индексов цен промышленности и индекса цен потребительской корзины.

В этом контексте также вопрос об обязательном переводе всех расчетов на безналичную форму – в целом необходимость поощрять развитие безналичных форм оплаты существует, однако, на мой взгляд, административные меры не смогут сыграть решающей роли в данном вопросе.

Снижение издержек, развитие связи, повышение привлекательности формы безналичной оплаты –  все это вопросы рынка и его механизмов. Здесь опять налоговое регулирование и меры, в первую очередь, аресты счетов участников расчетов играют негативную роль. Так, например, для приведения биржевых расчетов через единый депозитарий и клиринговый центр приходится принимать отдельные акты, освобождающие счета участников расчетов от санкций налоговой инспекции до завершения расчетов. Надо изучить этот опыт. Надо ответить на вопрос: если такие же меры будут приняты для стимулирования безналичных расчетов – может быть это даст больший эффект?

 

Материал подготовлен на основе выступления автора на XXI  Международном банковском конгрессе в Петербурге в июне 2012 года.

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL + ENTER