О проблемах экономики и общественной жизни в России

29/03/16 12:29

Влияние современных политических и экономических факторов в России существенно тормозит рост экономики. О проблемах развития реального сектора экономики, малого и среднего предпринимательства, безработице, ситуации на финансовом рынке, в банковской системе, о новой приватизации крупнейших госкорпораций главный редактор журнала Владимир Нестеренко побеседовал с доктором экономических наук, исполнительным  Вице-президентом РСПП Александром Мурычевым.

В. Н. Ряд экспертов и бизнесменов убежден, что в стране идет полномасштабный кризис, который начался до введения санкций к России. Однако руководители государства упорно это отрицают. В то же время власти разработали именно антикризисный план. Так можно ли считать нелегкие времена, которые сейчас переживает Россия, кризисом?

А. М. По-моему, совершенно очевидно, что сейчас в стране системный кризис. Сложилась необычная ситуация: одновременно на экономику воздействуют три блока системных факторов. Один – это внешние обстоятельства: санкции, частичная изоляция в финансовой сфере, резкое падение цен на экспортные товары, прежде всего на сырьевые. Другой блок факторов – более существенный – нерешенные структурные проблемы в экономике. Я не поддерживаю мнение отдельных экспертов, что, не будь внешних шоков, российская экономика развивалась бы благополучно. Анализ экономической статистики и ключевых показателей свидетельствует, что проблема уходит корнями на 10–20 лет в прошлое. К сожалению, много говорилось о необходимости структурных преобразований экономики, но так к ним и не приступили. Падение экономического роста наблюдалось еще в 2012 г., хотя и было тогда малозаметным.

Реализация радикальных структурных реформ экономики совершенно необходима. Россия имеет огромный потенциал: интеллектуальный, технологический, кадровый, ресурсный. Нужны политическая воля и всесторонняя мобилизация – организационных усилий, бюджетных и внебюджетных средств с учетом разработанных программ выхода из сложившегося положения. При этом нельзя пренебрегать сырьевой составляющей, следует беречь наше природное богатство, более эффективно его использовать и на его основе создавать программы инновационного характера, строить центры переработки сырья, применяющие новые технологии.

Есть и третий тревожный блок факторов – неудовлетворительная работа институтов и неадекватный бизнес-климат. Несмотря на многочисленные предложения бизнес-сообщества, эффективность работы многих институтов, прежде всего правоохранительных органов, судебной системы, остается низкой, сохраняются административные барьеры, действует негативный налоговый режим. Бизнес не почувствовал облегчения, мотивации, стабильности. Правда уже раздаются голоса, что бизнес адаптировался к новым реалиям. Адаптироваться-то он может, но это не означает его развития. А правительство уже озаботилось разработкой не только тактики, но и стратегии – ищет баланс между реализацией, финансовым обеспечением антикризисного плана и необходимостью экономического развития, поэтому предлагает создать задел для дальнейшего стабильного развития экономики. Впрочем, пока неясно, что это будет означать на практике.

В. Н. Часто приходится слышать, что экономику быстро перестроить нельзя. Но обратимся к истории нашего государства. В 1918–1928 гг. советское правительство, пытаясь найти выход из кризиса, сменило 3 модели развития страны. Например, принятый в СССР и реализованный пятилетний план индустриализации преобразовал страну, превратив ее в мощную индустриальную державу. В 2011 г. была разработана Стратегия-2020. Прошло 5 лет, а о результатах ее выполнения не слышно. Конечно, сегодня при слишком большой волатильности рубля строить планы трудно. Однако нельзя жить, не ставя цели хотя бы на 3–5 лет вперед. Огромную негативную роль, видимо, играет также безответственность. Нельзя все списывать на отсутствие денег – по итогам 2015 г. остался неиспользованным триллион рублей! Это трудно назвать рачительным хозяйствованием.

А. М. Руководствоваться своим историческим опытом, конечно, полезно. Даже в тревожные годы прошлого века, после Гражданской войны, в условиях разрухи, сильнейшей безработицы, обнищания населения «молодое» правительство пыталось искать выходы из трудного положения, мобилизовало все ресурсы. А в период так называемого военного коммунизма шла жесткая централизация и перераспределение ресурсов под контролем государства, чтобы не допустить системного голода. Позже ввели новую экономическую политику – НЭП, была дана возможность частному предпринимателю зарабатывать, производя товары, предоставляя услуги и пр. То есть правительство гибко реагировало на ситуацию, на вызовы времени, искало пути развития страны, повышало требования к чиновникам, и были впечатляющие результаты.

Сегодня в стране системный кризис, не стандартная ситуация. Правительству и регулятору необходимо применять специальные инструменты, которые были бы адекватны негативным обстоятельствам. Согласно опросам, для бизнеса курсовая нестабильность – главная проблема. При этом, очевидно, Центральный банк золотовалютные средства тратить не собирается, что я считаю правильным. Однако, также очевидно, необходимо задействовать инструментарий, который помогал бы рефинансировать экономику, хеджировать валютные риски. А при необходимости – использовать и инструменты валютного регулирования, смягчать денежно-кредитную политику. Но Центральный банк считает, что не нужно поддаваться искушению простимулировать экономический рост через смягчение норм банковского регулирования. Конечно, формально руководство ЦБ РФ действует правильно: по законодательству Банк России не вовлечен в обеспечение экономического роста, у него другие задачи – таргетирование инфляции, стабильность банковской системы. Но нет стабильности в банковской системе, нестабилен и валютный курс, малоэффективна деятельность регулятора по обузданию инфляции. И самое печальное – падение объема ВВП.

Следует отметить и еще один тревожный факт: российские корпорации  снизили инвестиционную активность, они уходят с глобальных рынков. Существенную роль в этом играет девальвация рубля. Она наносит урон импортерам, туриндустрии, автопроизводителям и другим отраслям. Для любого бизнеса – крупного, среднего – нужен стабильный рубль. Для него важна прогнозируемость курса валюты, позволяющая строить планы собственного развития.

О безработице и социальной напряженности

В. Н. Очень важный показатель – уровень безработицы в стране. В США он определяется путем опроса, у нас – статистическими данными ВЦИОМ. Согласно этим данным, уровень безработицы в России практически не изменился с 2013 г. Но если ВВП падает, а безработица остается незначительной – повысилась лишь на 1,3–1,5%, т. е. практически остается на прежнем уровне, – значит, снижается производительность труда? Однако жизнь показывает иное. К примеру, руководитель фирмы, занимающейся ремонтом цифровой техники, рассказал мне, что, размещая в 2012–2013 гг. объявление о вакансии, получал в неделю 1 резюме, прошлым летом – 50, а январе этого года – более 1000 в день! Если безработица не растет и значительно падает производительность труда, или если безработица растет катастрофически быстро – это очень тревожные факторы. Что вы думаете по этому поводу?

А. М. Ситуация действительно сложная. По опросам РСПП, сейчас наблюдается сокращение работников, идет оптимизация бизнеса, сворачиваются некоторые благотворительные фонды, снижается заработная плата. Однако эти процессы пока не имеют катастрофического характера – не везде они отмечаются и не в большом масштабе. Тревожно, что сокращаются инвестиции, потребление, экспорт.

В. Н. Социальная защищенность безработных очень слаба. Отсутствие средств у значительной части населения, а также чувство несправедливости способствуют нагнетанию социальной напряженности. По-моему, народ может терпеть, если уверен – правительство делает все возможное для вывода страны из кризиса. Но что он видит сейчас? Странная, плохо аргументированная приватизация. Крупнейшая абсолютно непрозрачная распродажа алмазов Гохрана, бездействие или беспомощность правительства в кризисной ситуации. Пенсии не индексируются в соответствии с инфляцией. По данным Левада-центра, 29% населения уже экономит на еде, 19% не может позволить себе покупку новой одежды. В то же время депутатам Государственной Думы в 2 раза подняли зарплату. Половина населения страны находится уже за чертой либо на грани бедности. По мнению А. Кудрина, отличие этого кризиса от предыдущих в резком росте числа бедных. Угрожающая ситуация!

В России понятие справедливости всегда было очень важным. Топ-менеджмент госкорпораций получают зарплату в тысячи  раз больше среднемесячной оплаты труда по стране. Подобные истории вызывают у народа как минимум недоверие.

С моей точки зрения, не будь внешнеполитических успехов руководства нашей страны, социальная напряженность была бы уже существенно выше. Известно, что безработица имеет социальные издержки – нарастание напряженности в обществе, всплеск социальной активности (забастовки, митинги, массовые выступления). Как долго удастся сдерживать напряженность? К тому же правительство своими решениями разгоняет инфляцию. К  концу года я предвижу существенный рост социального недовольства.

А. М. Соглашусь, что в России понятие справедливости – одно из самых чувствительных. Борьба за справедливость порождала  социальную нестабильность. Действительно, государство должно серьезно задуматься, в частности о том, какие расходы сокращать. Надо внимательно проанализировать издержки, эффективность расходов по госзаказу, и конечно,– на чиновничий аппарат. Он сейчас  превышает советский! При том, что около половины экономики находится в частных руках. Структура госаппарата должна быть адекватна сегодняшним реалиям.

Причем нужно не простое сокращение, а построение новой структуры государственного управления, нацеленное как на решение текущих задач, так и на достижение стратегических результатов. При этом чиновники должны нести ответственность за конечный результат. Пока же нет инструментов мотивации их к этому – наказания, карьерный рост, поощрения и др. Эффективность работы чиновника не оценивается конечным результатом. И конечно, следует усилить контроль, который сейчас очень слаб. Даже важные указания президента страны зачастую не выполняются. Поэтому должна быть система, реагирующая на подобные явления.

Говоря о чрезмерно высоком разрыве в оплате труда топ-менеджеров, в частности менеджеров госкорпораций, получающих  несколько миллионов рублей в месяц (!) и среднестатистической зарплатой по отрасли,  можно было бы вводить определенный коэффициент. Есть международная практика. Например, в Норвегии превышение зарплаты высшего звена ограничено десятикратным размером по отношению к зарплате в отрасли.

О финансовом рынке и роли Центробанка

В. Н. Руководство наших финансовых органов не раз заявляло, что деятельность спекулянтов, работающих на валютном рынке, полезна – они сглаживают его колебания. Для пиковых значений это верно. Но ведь задача спекулянтов – раскачать валютный рынок, так как деньги они зарабатывают на волатильности. Многим экспертам понятно, что в ситуации с понижением и повышением курса рубля прослеживается определенная периодичность с явными признаками использования инсайдерской информации и сговора. Даже известна сумма, которую кладут себе в карман «посвященные»: 2–3 млрд долл. за одну итерацию. Принятый закон об инсайдерской информации не работает. Если следовать логике, то ситуация повышенной волатильности на нашем финансовом рынке создана искусственно. Следственным органам давно пора заводить уголовные дела, а регулятору – ввести ограничения на деятельность спекулянтов.

А. М. Здесь мы опять возвращаемся к тому, что плавающий курс рубля, его большая волатильность, игра спекулянтов на финансовом рынке (хотя мы не можем утверждать, что они используют инсайдерскую информацию) не позволяют решать проблему снижения инфляции в рамках инфляционного таргетирования Центральным банком. Он должен находить инструменты для смягчения резких колебаний курса. Когда происходит очевидная спекулятивная атака на рубль, а также в периоды повышенного спроса компаний на валюту, чтобы расплачиваться с внешними кредиторами, или сезонных платежей требуется, видимо, использовать и золотовалютные резервы. Роль мегарегулятора должна быть более значимой. А пока он применяет не все инструменты. Волатильность обменного курса нашей национальной валюты весьма велика даже в сравнении со странами СНГ.

О новой волне приватизации

В. Н. Обратимся к вопросу об объявленной масштабной приватизации. В следующем году на продажу могут быть выставлены акции крупнейших российских предприятий. Необходимость проведения масштабной приватизации государственных компаний продиктована, по словам властей, прежде всего тем, что правительство намерено сохранить имеющиеся у него резервы. Хотя глава государства понимает – что следует из его выступления, – сегодня не самый лучший момент для отчуждения государственной собственности, поскольку сложившаяся на рынке конъюнктура оставляет желать лучшего: после обвала отечественного фондового рынка ее стоимость упала в несколько раз.

Странная у нас получается приватизация. Обычно в развитых странах продают убыточные предприятия, рассчитывая, что частный собственник привлечет деньги, модернизирует производство и т. д. У нас, наоборот, продают наиболее прибыльные. Раньше необходимость проведения приватизации обосновывали тезисом о большей эффективности частного собственника. Однако это утверждение полностью себя дискредитировало. Ведь зачастую на производственной территории приватизированных предприятий возникали жилые кварталы, торговые и бизнес-центры. Поэтому сейчас говорят о необходимости пополнить бюджет. Речь идет о сумме от 500 млрд до 1 трлн руб. Но никто не считает, какие убытки при этом понесет государство. Приватизированные предприятия могут раздробить, а потом продать, радикально сократить сотрудников. Наверняка из-за применения схем оптимизации уменьшится налогооблагаемая база и пр.

Следует сказать и о продаже алмазов из Гохрана. Названа сумма всего 15 млн долл. Причем схему, по которой они будут проданы, именуют аукционом. Но эта схема абсолютно непрозрачна, можно ли ее назвать аукционом? Почему не провести нормальный аукцион? Явно можно было бы выручить больше денег. Разумнее также огранить эти алмазы, и изготовленные бриллианты будут стоить уже 7,5 млрд долл., или 600 млрд руб., т. е. практически сумма, которую хотят получить за приватизацию в этом году.

Понятно, что спекуляции на фондовом рынке сказочно обогатили определенных граждан. И теперь, видимо, они хотят бумажные доллары преобразовать в акции наиболее эффективных российских предприятий. У Путина сложная ситуация. Фактически он дал санкцию на приватизацию. Но новые владельцы собственности скоро захотят войти в клуб мировой элиты и начнут требовать от президента сдачи позиций для снятия западных санкций. Думаю, золотого тельца насытить невозможно. Я уверен, что уступка в приватизации приведет к тому, что возникнут еще более сложные проблемы.

А. М. Новая приватизация – очень важная сегодня тема.  Хотелось бы, что бы  эта приватизация была  модельной, показательной, демонстрирующей, как надо продавать госактивы с учетом прозрачности сделок, социальной направленности. Я согласен с тем, что главная задача – повышение новым собственником эффективности приватизируемых активов. При этом, проводя приватизацию, государство не должно расширять зону своего присутствия в экономике. Обязательно должна привлекаться Федеральная антимонопольная служба, чтобы не допускать этого. Важно выстраивать стратегию, четко обозначая и поясняя цели. Позиция властей должна быть ясной. РСПП  предлагает активно вовлекать в приватизацию негосударственные пенсионные фонды. Это обосновывается тем, что сейчас накопительная часть их средств заморожена. Надо дать возможность этим фондам зарабатывать, приобретя госактивы. Таким образом в перспективе они обеспечат устойчивость пенсионной системы. Президент РСПП А. Шохин довел это предложение до сведения президента страны.

А продажа алмазов из Гохрана показывает стремление правительства один раз быстро собрать как можно больше средств для решения текущих проблем бюджета, хотя, конечно, цена этого актива в условиях стабильной ситуации могла бы быть значительно выше.

Об импортозамещении в банковском секторе

В. Н. Почти 2 года назад были введены санкции в отношении России. В экономике страны начались процессы импортозамещения. В производстве некоторых товаров, в частности продуктов питания, достигнуты хорошие результаты. После закрытия доступа к западным кредитам в банковской сфере тоже должна реализовываться программа импортозамещения, подразумевающая создание нормальных условий функционирования и здоровой конкуренции финансовых институтов. В пансионате «Бор» в феврале прошла очередная ежегодная встреча руководителей ЦБ с банкирами. Есть ли у ЦБ план выхода из трудной ситуации? Предлагается ли план замещения валютных средств, к которым доступ банков сейчас закрыт?

А. М. Обратим внимание на то, что ряд крупных системно значимых банков получал бюджетные средства через ОФЗ. ЦБ считает, что это не может повлиять на конкуренцию, так как обязательства таких банков были усилены, в частности в отношении роста кредитного портфеля, повышения зарплат сотрудников. Но предприятия стремятся работать именно с такими крупными банками, имеющими государственную поддержку, что не способствует здоровой конкуренции. Например, ипотечная программа реализуется только ограниченным кругом банков, имеющим поддержку через ОФЗ.

ЦБ принял ряд мер по смягчению валютных колебаний. Ассоциацией «Россия» было предложено сохранить временные послабления по нормативам Н1 и Н6, и они продлены на один квартал. Норматив достаточности капитала был снижен с 10 до 8%. Но удовлетворяет ли это потребностям сохранения стабильности системы, помогает ли банкам обеспечить их жизнедеятельность? По-моему, этого явно недостаточно. И опять мы возвращаемся к роли Банка России в экономике страны.  Нужны более активные действия ЦБ в условиях контрцикличности. Банки – посредники в экономике. Безусловно, надо выводить с рынка кредитные организации, которые увлекаются мошенническими операциями, нарушают законодательство. Но зачастую ЦБ РФ, особенно его территориальные управления, не учитывают состояние экономической среды и тяжелое положение клиентов банков. Как правило, начисление неподъемного резервирования и обоснование отзыва лицензии обычное – нарушение нормативов, необеспечение стабильной деятельности банка. Однако за каждым, даже маленьким банком стоят тысячи клиентов – малых и  средних предприятий, физических лиц. Проблема в целом, по-моему, в концептуальном видении мегарегулятором перспективы. В. Н. По данным аналитического кредитно-рейтингового агентства (АКРА), за неправомерные действия лицензия отозвана менее чем у одной трети банков, а у остальных – за нарушение нормативов.

А. М.  В этом-то и проблема. Четверть века строили банковскую систему – сотни «окошек», которые кредитуют предприятия и работают с населением при наличии очень слабой банковской инфраструктуры на территории страны. Уже 10 лет назад эта инфраструктура нуждалась в развитии. Госбанки не доходят до каждого малого населенного пункта, там работают региональные банки. Они являются теми «окошками» через которые малое предпринимательство получает кредиты для закрытия кассовых разрывов, пополнения оборотных средств, проводит расчеты и платежи, работают с населением. Эти банки, как правило, не увлекаются валютными операциями, сделками с ценными бумагами. Центральному банку необходимо учитывать территориальный аспект, доступность и обеспеченность банковской инфраструктуры. Вероятно, таким банкам следует оказывать временную небольшую помощь с ликвидностью, дать некие послабления.  Создание очередной корпорации поддержки малого и среднего бизнеса важное решение, но она не решит проблемы с поддержкой сотен тысяч МП и доступностью банковской услуги.

По данным Банка России, сейчас растет кредитование крупного бизнеса, однако предоставление кредитов малому предпринимательству сократилось на 4%. Сокращается и кредитование физлиц, в частности, ипотечное кредитование. Из-за падения доходов населения наблюдается рост просроченной задолженности. Но самое главное – собственники банков в нестабильной ситуации чувствуют себя неуверенно.

В. Н. Какие Ваши прогнозы?

А. М. И все же выход есть. Надо за счет расширения инструментария поддержки экономики, взаимодополняющего взаимодействия правительства и ЦБ по ее реформированию развязывать узлы проблем и искать ответы на вызовы. Нельзя обеспечить рост из-за недоступности кредита, его высокой цены. Невозможно реализовывать программы развития экономики без макроэкономической устойчивости, доверия и прогнозируемости. Невозможно диверсифицировать структуру экономики если нет целеполагания на перспективу. Сейчас Правительство, при участии бизнеса, активно ищет ответы на эти вопросы. Будем надеяться на позитивные изменения.

Журнал "Банковское дело", № 3. 2016

Заметили ошибку? Выделите её и нажмите CTRL + ENTER